После скандального успеха дебютного проекта Doctor John в 1996 г, английский фотограф Стивен Эмсворт надолго исчез из поля зрения критиков и любителей фотографии. Лишь в 2003 году появились первые серии проекта Triple-fictions, который закрепил репутацию Эмсворта как создателя и идеолога нового жанра фотографии (и одновременно современного искусства) - fictionography или коротко photofic.

Дело идёт о своеобразном фотографическом портрете вымысла, о чертах вымышленности, которые фотограф схватывает в окружающей нас повседневности. При этом фотофик характеризуется так называемым as-is-принципом. Авторы не применяют постановочных съёмок или монтажа. Реальность иллюстрирует вымысел, такая, как она есть (as is).

«Тройные вымыслы» Эмсворта превращают реальные места в иллюстрации к романам, рассказам и стихам, которых не существует. Проект имеет двусмысленный подзаголовок «Imagined books illustrations» Каждая серия содержит статью, в которой Эмсворт как-то коротко описывает воображаемую книгу, иллюстрациями к которой «якобы» являются его фотографии.

«Поскольку фотография отражает реальность (reflects the reality), она может сделать реальным любой вымысел (to make fictional real). Когда это происходит, фотография начинает становиться искусством» (из интервью Эмсворта журналу «Designhotels», опубликованному в 2006 году под симптоматичным названием "Is photography art?")

В 2007 году появилась первая серия «Surfaces» нового проекта художника– «Butterflies of the outside», где он экспериментирует с фотоиллюстрациями к возможной поэзии инопланетян. Для знакомства с творчеством Эмсворта мы избрали серию «Point of the Joke» из проекта Triple-fictions.

Съёмки этой серии производились автором в стамбульском отеле Kybele, в стамбульском квартале Фенер и в старинной османской деревне Джумалыкызык близ Бурсы.



( Увидеть Фенер! )

Кусочки турецкого дневника, до которых я наконец-то добралась.

2 ноября, Стамбул.

Идет дождь, и негде жить

В Стамбуле идет дождь. Мы вылетели из Москвы очень рано, зато самолет взлетел вовремя, хоть мы и беспокоились об этом – дурацкий какой-то чартер попался. Никогда не происходит того, чего боишься заранее. Всегда происходит что-то другое.

В Стамбуле идет дождь. Само это словосочетание очень романтично. Мы идем в отель «Кибеле» (о нем очень соблазнительно писали в «Афише»), но там нет мест. Мест вообще нет нигде, кстати. Потому что high season + еще какой-то конгресс, как нам сказали в туристическом бюро.

А в «Кибеле» по-настоящему круто – множество цветных «старинных» ламп на потолке, изгибы, мебель с расписной обивкой и с кривыми-гнутыми ножками, тесно повешенные картины и старые фото на стенах. Разные цвета, но все – не очень яркие. Вроде как роскошь, но «скромная», чисто и немножко потерто.

Едим хумус. Другой – не такой, к которому мы привыкли в Москве, теплый и пресноватый. И оливковый паштет в качестве бонуса. Сидим в кафе, идем на разведку по очереди – надо же все-таки придумывать, где жить. Хлюпаем по лужам, на центральных улицах народу не так уж много, но мест все равно нигде нет.

В итоге вписываемся в Anadolu Hotel на соседней улице, 75 евро за жутковатую комнату. Шизофренически сиреневые стены, галогеновое мертвое освещение и три узких кровати. Зато выходишь на террасу – и прямо над тобой – Айя София. Вид на Айя Софию – это вознаграждение за странный неуют этого места. Мечети многослойней, чем церкви, кажется мне. Купола поднимаются как ступеньки, как будто по ним можно дойти до неба.